Биография, история жизни знаменитых людей - артистов, актеров, писателей, композиторов, и других известных деятелей

Федор Достоевский и Апполинария Суслова - биография любви: Пиковая Дама

Апполинария Суслова

Знаменитые писатели, как и простые смертные нередко любят ярких и вызывающих женщин, а женятся почему-то на скромных и незаметных. Не стал исключением и Федор Михайлович Достоевский. Вот только свою главную «инфернальницу» не только помнил до конца жизни, но и сделал ее прототипом роковых героинь своих лучших произведений.

После окончания лекции по истории в Петербургском университете пожилой профессор уже направлялся к выходу из аудитории, когда его внимание привлекла молодая слушательница с волосами чудесного тициановского оттенка, задумчиво глядевшая в окно. Ее стройная, ладно скроенная фигурка так аппетитно вырисовывалась на фоне оконного проема, что профессор не удержался от вольности: «Вы прелестны, как богиня Афродита!» - прошептал он на ушко незнакомке и игриво потрепал ее по хорошенькой щечке. - Зачем вам вся эта политика, эта ученость».

Но договорить не успел: прелестная ручка в ажурной перчатке вольнослушательницы Сусловой от души влепила ему звонкую пощечину. «Матерь Божья, до чего хороша! - только и мог произнести вслед уходящей девушке потрясенный ученый муж. — А этот взгляд? Да им же костер можно зажечь» ... Увы, он был не так уж далек от истины: в будущем Аполлинария Прокофьевна Суслова воспламенит своим взглядом немало мужских сердец. Но свое так и не отдаст никому.

Современники Аполлинарии Сусловой, впервые увидев ее, были уверены, что перед ними - настоящая аристократка. И немало удивлялись, впоследствии узнав о ее крестьянском происхождении. Но позвольте! С такими манерами, с такой надменной улыбкой и - не дворянка? Но Аполлинария была старшей дочерью крепостного графа Шереметева - Прокофия Суслова. До 15 лет она росла в деревне, а затем вместе с младшей сестрой Надеждой воспитывалась в частном пансионе в Москве.

К тому времени их отец не только сумел накопить денег, чтобы выкупить свою свободу задолго до отмены крепостного права, но и так войти в доверие к графу Шереметеву, что тот дал ему место управляющего делами в своих многочисленных имениях. Семья Сусловых перебралась в Петербург, и здесь сестры пошли разными дорогами: младшая, Надежда, не блиставшая красотой, мечтала получить профессию врача и стала усердно грызть гранит науки в Петербургском университете, а старшая, Аполлинария, или Полина, как попросту звали ее дома, бредила зарождавшейся в России идеей эмансипации.

Она коротко остригла свои ярко-рыжие волосы и тоже изредка посещала некоторые лекции в университете, но совсем с иной целью. Впоследствии дочь Достоевского, Любовь Федоровна, в своих воспоминаниях так отзовется о Сусловой: «Каждую осень она записывалась студенткой в университет, но никогда не занималась и не сдавала экзамены. Однако усердно ходила на лекции, флиртовала со студентами, ходила к ним домой, мешая им работать, подстрекала их к выступлениям, заставляла подписывать протесты, принимала участие во всех политических манифестациях, шагала во главе студентов, неся красное знамя, пела Марсельезу, ругала казаков и вела себя вызывающе...

Полина присутствовала на всех балах, всех литературных вечерах студенчества, танцевала, разделяла все новые идеи, волновавшие молодежь... Она вертелась вокруг Достоевского и всячески угождала ему. Достоевский не замечал этого. Тогда она написала ему письмо с объяснением в любви». И хотя письмо это в архиве писателя так и не нашли, но доподлинно известно, что их роковая встреча произошла в 1861 году. «Роковая» потому, что этой женщине судьбой было уготовано приносить своим возлюбленным одни несчастья, и Достоевский скоро сам в этом убедился.

Роман развивался стремительно. Это была всепоглощающая страсть, которую в литературе принято сравнивать с помрачением рассудка или солнечным ударом. Достоевскому было уже сорок четыре года. Он был женат на тяжелобольной женщине, содержал пасынка и не вылезал из долгов. Сусловой было 28 лет, и она поражала Достоевского своим эгоизмом и самоотверженностью одновременно. «Я отдалась ему любя, не спрашивая ничего, ни на что не рассчитывая», - напишет она в своем дневнике. Однако со временем молодая пылкая любовница все чаще показывала коготки.

Она требовала от Достоевского развестись «со своей чахоточной» и жениться на ней. Или хотя бы... поехать с ней в Париж, где можно будет предаваться любви открыто, не страшась осуждения света. И если на первое богобоязненный Достоевский решиться не мог, то на второе согласился легко. Но внезапное ухудшение здоровья жены и нелады в его журнале «Время» потребовали от писателя на какое-то время задержаться в России. В итоге разгневанная Полина укатила в Париж одна.

И - тишина, за месяц от нее не было ни одной весточки. Достоевский мучился от неизвестности, и как только его дела поправились, собрался во Францию. Долгожданное письмо от Сусловой застало его буквально «на чемоданах». Оно гласило следующее: «Ты едешь немножко поздно... Еще очень недавно я мечтала ехать с тобой в Италию и даже начала учиться итальянскому языку: все изменилось в несколько дней. Ты как-то говорил, что я нескоро могу отдать свое сердце. Я его отдала в неделю по первому призыву, без борьбы, без уверенности, почти без надежды, что меня любят... Ты меня не знал, да и я сама себя не знала. Прощай, милый».

Достоевский мчался в Париж, терзаемый самыми страшными предчувствиями, и они его не обманули. Выяснилось, что сразу по приезде в Париж Суслова влюбилась в молодого испанского красавца-врача Сальвадора и была готова пойти с ним под венец. Но, увы, к моменту появления Достоевского тот уже бросил опостылевшую русскую любовницу, а она не находила себе места, бродя по парижским улицам ночи напролет. Суслова беззастенчиво рассказывала Достоевскому все подробности «своего падения» и просила его совета, как вернуть неблагодарного молодчика...

Однажды ранним утром она заявилась в гостиничный номер к писателю, разбудила его и показала огромный кинжал, театрально вынув его из-за лифа корсета: «Знай, милый, я нынче же пойду и перережу горло этому подлецу, чтобы смыть мой позор! Все кончено, я пришла попрощаться». Достоевский был потрясен: с одной стороны, он понимал, как это пошло и глупо, но в то же время поймал себя на мысли, что такой - порочной, экзальтированной, с безумными глазами и лихорадочным румянцем - она желанна ему как женщина еще больше, чем прежде.

Взбалмошными чертами Аполлинарии он впоследствии щедро одарит своих Настасью Филипповну и Грушеньку, а пока... Пока он бухнулся в ноги «бедной Полиньке» и принялся умолять: «Не надо, душа моя! Он того не стоит! Поедем лучше со мной в Германию, а? Я буду тебе как брат! Я буду рабом у твоей двери. Все образуется, поверь мне». И она поверила. Вместе они выехали в Берлин, но с тех пор она во всех своих злоключениях винила его нерешительность, а он не мог до конца простить ей вероломной измены.

Любовники все чаще ссорились, мучая друг друга. Федор Михайлович был заядлый игрок и не упускал ни одного случая провести ночь за рулеткой. И едва ему начинало везти, как за спиной неизменно появлялась Суслова, отпускавшая язвительные насмешки так, чтобы это слышали все присутствовавшие. И к утру он уже проигрывал все, что у него было. Впрочем, вдоволь натешившись над незадачливым игроком, Полина сама же оплачивала его долги, ведь денег у Достоевского вечно не было. Но это было еще полбеды.

Все чаще Суслова отказывала Достоевскому в близости без всякой причины. При этом она могла кокетничать с ним весь вечер, затем позвать в свой номер, позволить смотреть, как она раздевается, а когда распаленный писатель уже не мог владеть собой, начинала бесстыдно хохотать и обзывать последними словами. Инфернальни-ца прогоняла любовника прочь, ночевать в соседнем номере, где ввиду тонких стен несчастный мог слышать каждый скрип ее кровати...

После того как скончалась его первая жена Мария, Достоевский немедля предложил Сусловой выйти за него замуж. Но... она этого больше не хотела. Он просил, умолял, даже угрожал - она была непреклонна и лишь смеялась над ним. Достоевский буквально сходил с ума от ревности. Все чаще, выясняя отношения, он темнел лицом, кричал по-женски визгливым голосом, мог наброситься на любовницу с кулаками и едва ли не изнасиловать на паркете. После, взяв себя в руки, он терзался угрызениями совести, валялся в ногах у Сусловой, целовал ее туфли и молил о прощении, уверяя, что подобное «скотство» больше никогда не повторится. После очередной такой отвратительной сцены они приняли решение расстаться навсегда. Достоевский вернулся в Россию.

В 1867 году Достоевский женился на Анне Григорьевне Сниткиной, с которой обрел долгожданный душевный покой. Анна не была столь эффектна и порывиста, как Полина, но ей удалось окружить писателя заботой и нежностью. К тому же она хорошо устроила быт, а будучи литературным секретарем, взяла под свой контроль все издательские дела мужа. В семье родилась дочь. «Я люблю ее (Суслову) еще до сих пор, очень люблю, но я уже не хотел бы любить ее. Она не стоит такой любви. Мне жаль ее, потому что, предвижу, она вечно будет несчастна. Она никогда не найдет себе друга и счастье. Кто требует от другого всего, а сам избавляет себя от всех обязанностей, тот никогда не найдет счастья», - писал тогда в дневнике Федор Михайлович.

Гордая Аполлинария отказывалась поверить в то, что бывший возлюбленный может быть счастлив после нее с «какой-то Брылкиной», как она презрительно называла свою соперницу. После окончательного разрыва с Достоевским она с досады сожгла все письма писателя. Сама же с головой бросилась в омут: ее любовниками становились мелкие чиновники и молодые офицеры, неудачливые актеры и второразрядные журналисты.

Сусловой было уже за сорок, ее красота начинала блекнуть, а будущее не сулило ничего хорошего. «Я чувствую, что мельчаю, погружаюсь в какую-то тину нечистую и не чувствую энтузиазма, который бы из нее вырвал, спасительного негодования», - записала она в тот период в своем дневнике. Устав от такой жизни, она внезапно уехала в деревню, в отчий дом, и прожила там затворницей несколько лет, никого не принимая и читая запоем французские романы.

Но все переменилось, когда в ее доме случайно остановился на ночлег молодой студент Василий Розанов. Несмотря на то что он был моложе ее на 16 лет, между ними сразу пробежала искра. «Инфернальница» пустила в ход все свои чары, чтобы соблазнить юношу. Она словно заново родилась, поверив, что с этим человеком уж наверное будет счастлива до гробовой доски. В дневнике Розанова появилась лаконичная запись: «Знакомство с Аполлинарией Прокофьевной Сусловой. Любовь к ней. Суслова меня любит, и я ее очень люблю. Это самая замечательная из встречавшихся мне женщин». Они тихо обвенчались в маленькой сельской церквушке. Этот брак продлился шесть лет, но ни ей, ни ему счастья не принес.

Очень скоро Аполлинария поняла, что просто не создана для семейной жизни. Всю горечь, что накопилась у нее за время романа с Достоевским, она с каким-то нескрываемым садизмом вымещала на боготворившем ее поначалу Розанове. Она бесконечно ревновала его без всякого повода, устраивала публичные скандалы и не брезговала рукоприкладством. При этом сама отнюдь не была монашкой, то и дело заводя мелкие интрижки на виду у молодого мужа. Татьяна Розанова, дочь философа, позднее напишет в своих мемуарах: «Суслова насмехалась над ним, говоря, что он пишет какие-то глупые книги, очень оскорбляла, а в конце концов бросила его. Это был большой скандал в маленьком провинциальном городе».

Суслова дважды уходила от Розанова, эффектно хлопнув дверью, но каждый раз он все ей прощал и просил вернуться. В третий раз она бросила его навсегда. Но даже после этого продолжала мучить мужа. Когда же узнала, что он встретил другую, наотрез отказалась дать ему развод. На протяжении 20 лет Розанов умолял ее в письмах сменить гнев на милость, подсылал адвокатов, соблазнял большими деньгами, но все было тщетно. Он был вынужден тайно обвенчаться в церкви со своей второй женой, Варварой Дмитриевной Бутягиной. И постоянно жил в страхе быть высланным с позором на поселение в Сибирь за двоеженство...

Сама же Суслова больше замуж так и не вышла. Она доживала свой век в Севастополе, в одиночестве и нищете, которые с ней делила лишь бывшая шереметевская крепостная Прасковья. С сестрой Надеждой, которая таки стала первой в России женщиной-врачом, Полина разорвала все отношения. Умерла она в 1918 году в возрасте 78 лет. Через год не стало и Розанова. Незадолго до кончины он отозвался о своей первой жене так: «С ней было трудно, но ее было невозможно забыть».

Автор биографии: Наталья Туровская

 394

понравилась биография? - поделитесь с друзьями!

Комментарии к биографии

Оставить комментарий